Пейзажисты России

Сергей Горшков
Нашли ошибку? Выделите её и нажмите Ctrl+Enter

Сергей Горшков

Сергей Горшков
Чтобы начать фотографировать, чтобы понимать, куда двигаться, — нужно знать, от чего отталкиваться. А оттолкнуться можно только от хорошей фотографии. Надо хорошо знать, что вы хотите и что уже сделано и делается в мире фотографии, а для этого надо смотреть работы других фотографов. Но я добавлю — хороших фотографов.

Представьтесь, пожалуйста. Скажите пару слов о себе.

Сергей Горшков. Фотограф, снимающий дикую природу. Мои фотографии можно увидеть в журналах National Geographic, GEO, BBC Wildlife, Digital Photo и многих других. Победитель российского конкурса фотографий дикой природы «Золотая черепаха» в 2006 году, а в 2007 победитель в международном конкурсе Shell Wildlife Photographer of the Year, так же удостоен приза «Фотограф года России».

Медведь. © Сергей Горшков
← Медведь
→ Восточное побережье Камчатки, Солнце встает из Тихого океана

Как давно вы занимаетесь фотографией? Что привело вас к этому?

Активно начал снимать с 2003 года. Просто взял в руки камеру и начал снимать. Я всегда снимал и снимаю для себя, для души; это для меня больше духовная пища, увлечение, которому я отдаю большую часть своего свободного времени. Мне сам процесс общения с природой и дикими животными приносит огромное удовольствие и наслаждение.

Кто больше всего повлиял на ваше творчество?

У меня громадная коллекция фотоальбомов лучших фотографов мира, снимающих дикую природу; со многими я знаком лично. Из каждой поездки, с каждого фестиваля я привожу фотоальбомы. Я их или покупаю, или мне дарят авторы.

И когда настроение хреновое, я просто открываю эти альбомы и черпаю оттуда вдохновение.

Чтобы начать фотографировать, чтобы понимать, куда двигаться, — нужно знать, от чего отталкиваться. А оттолкнуться можно только от хорошей фотографии. Надо хорошо знать, что вы хотите и что уже сделано и делается в мире фотографии, а для этого надо смотреть работы других фотографов. Но я добавлю — хороших фотографов.

Когда видишь работы лучших мировых звёзд, то стараешься понять, как это сделано, анализируешь, изучаешь техническую сторону, думаешь, что можно применить к своей теме, к тем условиям, где ты снимаешь. Видишь, как изменяется фотография, стили, приоритеты — смотришь и думаешь, почему автор сделал именно так, а не по-другому. Всегда стоит отмечать для себя сильные стороны и стараться их придерживаться. Всё это запишется в подсознании, и в дальнейшем будет легче правильно строить кадр и чётко знать, за счёт чего можно улучшить картинку.

Речь не идет о копировании — каждая фотография передаёт свои чувства, свои эмоции и настроение. Невозможно скопировать чувства, эмоции, переживания и те ощущения, которые пережил фотограф. Копировать в этом жанре нереально, нужно учиться и знать то, что уже было сделано другими фотографами. И попробовать снять что-то новое и лучше.

Лисы. Белоплечие орланы. © Сергей Горшков
← Лисы
→ Белоплечие орланы

Медведи — одни из ваших любимых персонажей. Почему именно они?

К счастью, я имел возможность быть на Камчатке много раз в разных местах и в разное время года. Сейчас, глядя назад, я вижу, что тогда, в начале моей карьеры, я играл в своего рода «русскую рулетку» — я вкладывал все силы и средства в мои два проекта. Но сейчас это принесло свои результаты.

Меня часто спрашивают, как всё началось и почему я начал снимать медведей. Всё просто: много лет назад я увидел фильм о Камчатке. Я был поражен и восхищен буйством дикой природы Камчатки, я не мог поверить, что это снято у нас, в России. Позже, когда у меня появилось свободное время, я специально приехал на Камчатку посмотреть и поснимать медведей. Меня так поглотил этот процесс, что я уже семь лет, по несколько раз в год, летаю на Камчатку к моим медведям. За время съёмки я побывал в разных местах Камчатки. Я подсчитал, что путешествуя на Камчатку я провёл 435 часов в самолете, пролетев 480 тысяч километров…

Моё путешествие в мир дикой природы Камчатки настолько интересное и захватывающее, что годы работы пролетели как один день. Я очень благодарен за помощь моему другу Алексею Маслову, без него у меня ничего бы не получилось.

Как мы встретились, и почему я начал снимать медведей?

Так получилось, что впервые медведя я увидел через перекрестие оптического прицела. Это было много, много лет назад. Когда я увидел медведя, я не смог выстрелить и отложил в сторону карабин. Я любовался и фотографировал и у меня не было ни малейшего желания поднять карабин. Понимание того, что я не могу вмешиваться в жизнь медведя перевесило желание добыть трофей.

Наверно именно в этот момент произошел перелом в моём сознании и именно в этот момент я понял, насколько интереснее наблюдать за животными. Именно этот момент можно назвать моим стартом как фотографа. И именно в этот момент, наблюдая за медведем, я полюбил это животное; и сейчас медведь — моя любимая камчатская модель.

Сейчас я не стыжусь этого. Это моя история, это мой путь становления как фотографа. Когда я начал снимать, мне казалось, что между охотой и фотоохотой много общего. Но теперь я знаю, что сделать удачный снимок медведя в тысячу раз сложнее, чем добыть хороший охотничий трофей. В итоге, когда сейчас я получаю хорошую фотографию, я радуюсь ей больше, чем когда-то хорошему охотничьему трофею.

Со временем я понял, что лучшее в охоте с фотокамерой — то, что инстинкт охотника удовлетворяется без необходимости убивать. Мне часто приходилось смотреть через объектив в глаза медведю. И сейчас, спустя многие годы, я с уверенностью могу сказать — я уже никогда не смогу выстрелить в это великолепное животное.

Первые встречи с медведем поразили меня. Вдохновленный увиденным, я решил сделать фотоальбом о медведе. Не без некоторой тревоги я начал снимать на Курильском озере. Просмотр первых же фотографий развеял все мои опасения. Я понял: Дух Медведя схвачен — останавливаться было нельзя.

Когда я начинал снимать медведей, то хотел показать их хищническую натуру: натуру животных, которые постоянно убивают всех подряд, включая и людей; а поработав с медведями в течение многих лет, я увидел и узнал о них многое другое. Я не спорю с фактами — на самом деле от клыков медведя погибает много людей. А сколько гибнет самих медведей от рук людей, которые бьют их из-за желчи, лап, шкур и просто в своё удовольствие, рассуждая: он — медведь, а я — человек, и я должен его убить, показав своё превосходство.

И в итоге у меня получилось всё наоборот — в книгу я включил фотографии, показывающие первобытную красоту медведя и его неразрывную связь с природой, его жизнь, в которую мы не вправе вторгаться.

Через пять лет работы я выпустил свою первую книгу, которую назвал «Медведь».

Забегая вперед, могу сказать, что многие охотники, у кого есть моя книга, писали мне о том, что мои фотографии заставили их по-другому посмотреть на медведей, а некоторые вообще бросили охоту.

Медведи © Сергей Горшков
Медведи

Как обычно происходит подготовка к съёмке?

Невозможно овладеть азами съёмок живой природы сидя на диване, дикие животные не живут в студии. Чтобы понять диких животных и сделать хороший снимок, нужно самому находиться рядом с ними, иногда нужно как бы раствориться и быть незамеченным, стараться быть частью дикой природы. Животных нужно снимать там, где они живут, растут и погибают; поэтому стоит отправиться туда, где водятся дикие животные, которые вас интересуют. Например, на Камчатку, Крайний Север или Африку.

Как мы обычно представляем себе съёмку диких животных? У меня обычно всё начинается с идеи: каких животных снимать и как. При этом никто не гарантирует, что к концу съёмок от первоначального замысла хоть что-нибудь останется. Иногда бывает так, что я иду на съёмку с одними мыслями и идеями, а по дороге что-то другое мне бросается в глаза и я уже иду в противоположном направлении — я всегда открыт для неожиданного и непредсказуемого. В дикой природе никогда не знаешь, что встретишь за соседним деревом и что произойдёт через минуту. Иногда интересные моменты снять можно, что называется, мимоходом, а иногда путь к удаче и долгий, и трудный.

Рассматривая фотографии диких животных, мы забываем, что за этим стоит адская работа, иногда с риском для жизни, — всё это нужно найти, заметить и сфотографировать. Обычно, всё это остается за кадром. Иногда сама история съёмок намного интереснее, чем сама фотография и заслуживает особого внимания.

Двумя словами работу фотографа описать невозможно, нет единого рецепта, невозможно систематизировать всё разнообразие ситуаций. Во время съёмок работает изобретательность и накопленный с годами опыт, часто природа сама заставляет придумывать, а иногда и подсказывает, как нужно снимать.

Многие думают, что дикие животные сидят и ждут меня на красивой полянке, когда я приду и сфотографирую их! Это далеко не так, предстоит сначала найти животных.

Чтобы сделать хороший снимок, нужно знать диких животных, находиться рядом с ними и стараться быть частью дикой природы. Большинство событий из жизни дикой природы происходит в отдаленных и труднодоступных местах. Поэтому следует быть готовым к дискомфорту; вполне вероятно, что придётся забраться глубоко в горы, тундру, густую непроходимую тайгу и ночевать под открытым небом, но, как показывает опыт, это не главная трудность.

Главная трудность при съёмке диких животных — их осторожность. Имейте в виду, что часто дикие животные очень пугливые, и при попытке подойти к ним они или моментально убегают, или могут перейти в наступление. Поэтому нужно сохранять дистанцию во время съёмки. Вполне возможно, что от знания повадок будет зависеть не только удачный кадр, но и жизнь фотографа.

В начале моей карьеры мой друг Алексей Маслов говорил мне: «Не стоит носиться за дикими животными. Нужно выбрать красивое место, садиться и ждать. Если животное захочет, оно само подойдёт!» Раньше я не понимал его, но со временем я понял, что он прав; и сейчас я с ним полностью согласен. С таким подходом вероятность получить удачные снимки значительно выше.

При подготовке к съёмке, я иногда мечтаю и строю «картинку» в своём воображении, и жду момента, чтобы осуществить задуманное. Но как показывает опыт, невозможно предсказать точно, где будет происходить действие, и что животное может сделать.

Я стараюсь видеть животных такими, как они есть. Дикое животное — не модель, его не заставишь позировать и работать на камеру; его не заставишь улыбнуться, замереть и подождать, пока ты настроишься на следующий кадр. Обстановка, в которой приходится снимать, сама заставляет строить кадр. В этом и заключается прелесть фотографирования дикой природы!

Мне сложно анализировать мою манеру снимать и мой стиль, я работаю интуитивно и люблю неожиданности. Я люблю работать в одиночку, это дает мне свободу, я могу спокойно экспериментировать и находить новые и интересные возможности для творчества. Я редко снимаю в популярных туристических точках. Я люблю и ценю другое — то, что мало кто видел и снимал. Я свободен и я снимаю то, что хочу; то, что считаю нужным; и когда хочу.

Я люблю возвращаться в одни и те же места в разное время года и по несколько раз. Почему, спросите вы? Маловероятно, что в первый визит можно получить лучший кадр. Он может быть хорош, но велик шанс, что он окажется банальным. Когда у меня уже есть стандартные кадры, можно копнуть глубже и создать оригинальную фотографию. И поэтому я возвращаюсь в одни и те же места по много раз.

Наблюдая за животным можно снять момент, который длится секунду, и который случайный человек не смог бы никогда увидеть. Чтобы получить хорошие фотографии, следует набраться терпения. Я довольно упрям и готов ждать долго. Именно так можно запечатлеть решающие моменты. Хорошие моменты стоят большого труда.

Медведь. Белоплечий орлан. © Сергей Горшков
← Медведь
→ Белоплечий орлан

Вы снимаете много панорам (как пейзажи, так и животных). В чём особенность этого формата?

Где-то я читал что «панорама предназначена для грандиозных сюжетов», с этим невозможно не согласиться.

Пейзаж я, по старинке, снимаю на слайд; считаю, что в плёнке есть то, что пока не даёт цифра. И ещё мне кажется, что цифра лишает чувства ответственности. Качество падает, потому что нажимаю на спуск, а ответственности нет. Работаю камерой Linhof Technorama формата 6×17 см, где в каждой плёнке всего четыре кадра; поверьте — это заставляет думать, смотреть и ждать.

Главная особенность панорамы в том, что это капризный формат, требующий особой композиции. При построении композиции панорам опираться на правило золотого сечения не стоит. Наоборот, самым удачными панорамами считаются те, где линия горизонта делит пространство кадра строго пополам или где главный объект композиции располагается строго по центру.

Панорамы обычно выглядят намного эффектнее снимков обычного формата. Секрет притягательности панорам заключается в том, что расширение угла обзора на снимке обеспечивает поле зрения приближенное к человеческому восприятию.

Панорамы идеально подходят для съёмки гор, и лучше, если планы будут слоиться. Панорамы не нужно нагружать ни сюжетом, ни цветами; их всего должно быть два-три. Тогда они будут эстетически доведены почти до совершенства.

Если я работаю с панорамной камерой Linhof, то всегда со штативом, это помогает избежать сотрясения камеры на длительных выдержках и снимки получаются более техничными и продуманными, поскольку работа идёт в замедленном темпе.

Фотографы используют панорамные камеры довольно редко. Это очень трудоемко, а особенно если снимаешь панорамы дикой природы; и это очень дорогое удовольствие, если посчитать стоимость плёнки, проявки, сканирования и т. д., то набегает приличная сумма.

Панорама — это отдельная философия и ей нужно заниматься неспеша; и результат, который можно получить, будет радовать автора и зрителя!

Какая погода вам нравится больше всего для съёмки животных?

Погоду никто из нас не может контролировать. Отправляясь на съёмку, нужно помнить, что во многом успех съёмки зависит от капризов погоды. Погода в кадре и погодные условия могут сильно влиять на эмоциональный настрой фотографии.

Многие фотографы не выходят на улицу в плохую погоду, полагая что съёмка должна вестись только в хорошую погоду с хорошим освещением. Мне жаль их, они лишают себя наслаждения получить отличный кадр, поймать уникальную атмосферу и передать интересное настроение.

Низкая облачность, иногда кажется, что свинцовые облака лежат прямо на земле, сильные ветра, метели, постоянные моросящие дожди и снегопады. Иногда можно неделями не выходить из дома. И тогда кажется, что фотограф невольно становится заложником плохой погоды.

Что делать с плохой погодой?

В первую очередь не нужно унывать — выход всегда можно найти. Работа на Камчатке в экстремальных условиях научила меня использовать любую погоду. Конечно, проще всего сидеть и ждать идеальной погоды, но я считаю, что если вы хотите получить действительно стоящие кадры, нужно бросать вызов стихии.

Я для себя раз и навсегда решил: если я ничего не могу сделать с погодой, то я должен использовать её в свою пользу, и стараюсь делать погоду главным героем моих фотографий. Постепенно я начал понимать, что, используя капризы погоды, можно передать атмосферу места, настроение и драму, изображая реальные истории о жизни в дикой природе.

Для меня лучше пасмурная погода, чем яркое контрастное солнце. Довольно много интересных работ я получил именно в ненастную погоду. Пасмурная погода позволяет получить на фотографиях приглушённую цветовую гамму без резких теней. Я использую метель, снегопад, туман, низкие облака, ветер, дождь в свою пользу. В пасмурную погоду естественное освещение чаще оказывается слишком тусклым. Конечно, можно использовать вспышку, но мне кажется, она убивает атмосферу снимка, поэтому я вспышкой давно не пользуюсь. Я предпочитаю лучше воспользоваться светосильным объективом и штативом. Чтобы передать настроение плохой погоды и подчеркнуть мрачный вид, снимок лучше слегка недоэкспонировать.

Единственная проблема — это заставить выйти себя на улицу в такую погоду, и если погода складывается удачно и есть, что снимать, важно не упустить представившийся шанс и использовать его по полной программе, не откладывая на завтра.

Куропатка. Песец. © Сергей Горшков
← Куропатка
→ Песец

Чем вы снимаете? Используете ли какие-то необычные приспособления при съёмке? Может быть, что-то самодельное.

Зрителю важен результат, а не то, на что снимаешь.

Я убеждён, что качество фотографии напрямую зависит от того, какой оптикой снимаешь; чтобы получать качественные снимки, оптика должна быть первоклассной, только с использованием такой оптики можно достичь высоких результатов и быть конкурентоспособным. Хорошие объективы повышают возможность сделать творческий снимок. Лучше использовать объективы компаний-производителей камер, нежели приобретать более дешёвые объективы другой марки.

Поэтому не стоить тратить всё свое состояние на приобретение фотоаппарата, а правильно приобрести самый лучший объектив, ведь именно объектив делает снимок. Даже недорогой аппарат в сочетании с превосходным объективом дает прекрасные снимки. Возьмите, например, посредственный объектив и подсоедините его к самой последней модели фотоаппарата и лучшее, чего вы можете ожидать, — посредственные снимки.

Что касается перехода с плёнки на «цифру», то сначала я думал, что это будет сложно. Nikon D2x — моя первая цифровая камера. Я взял её на тест в Ботсвану, но поначалу, не доверяя «цифре», параллельно снимал на хорошо себя зарекомендовавший Nikon F6. Но уже через день отказался от пленки. И сразу ощутил массу преимуществ цифровой технологии. В первую очередь это возможность видеть в режиме реального времени то, что снимаешь, и исправлять ошибки в процессе съёмки. С появлением в моём арсенале Nikon D2x я понял, что век «цифры» настал и о плёнке можно забыть, а все разговоры о том, что «цифра» убивает наследие фотографии, надуманы. Все проблемы в нас самих, а зрителю совершенно всё равно, чем сделана фотография. Ему нужна качественная картинка, а картинка у «цифры» уже лучше.

Про Nikon D3s вообще говорить нечего — это топ-модель. Эта камера перекрывает все мои потребности. Первое, что меня поразило, — скорость серийной съёмки, которая позволяет схватить поистине уникальные моменты, которые обычным человеческим глазом заметить невозможно. И конечно с Nikon D3s можно работать при любом освещении. Я не заметил шумов даже в самых сложных условиях съёмки.

Во время съёмок диких животных я пользуюсь несколькими фотоаппаратами с разными объективами. Сейчас я снимаю на Nikon D300s, Nikon D3s и пять объективов Nikkor 24-70mm f/2.8, 70-200mm f/2.8, 200-400mm f/4, 300mm f/2.8 и 600mm f/4 — этого для меня достаточно, этим набором оптики я перекрываю все нужные для съёмки фокусные расстояния.

Мне нравятся зумы, они дают возможность выбирать различные фокусные расстояния. В сущности, это несколько объективов, объединённых в один. С их помощью я могу быстро и правильно строить кадр и выбросить из кадра лишние детали, а телезумом ещё и выделить главное и размыть фон, чтобы он не отвлекал от главного объекта.

Когда я погружаюсь под воду, то пользуюсь боксом Subal для Nikon.

Я люблю резкие снимки, а для наилучшей резкости существует один рецепт — использование штатива, предварительный подъём зеркала и спуск затвора с помощью тросика. И мой штатив Gitzo с головой Arca Swiss помогает мне в этом — они создают стабильность в работе, особенно когда пользуешься тяжёлыми объективами.

Скажите несколько слов о том, как вы обрабатываете фотографии. Как построен процесс?

Когда я еду в длительные экспедиции, я беру с собой MacBook Pro и несколько флэшек по 8 ГБ, съёмный жесткий диск на 100 ГБ или накопитель Epson 4000, который позволяет «сливать» в полевых условиях отснятый материал.

После съёмки сразу загружаю картинки в компьютер и сортирую. Обычно за первый просмотр я удаляю явный технический брак — недо- или переэкспонированные, неинтересные и нерезкие кадры. Стараюсь после первого просмотра и первой выбраковки записать весь материал на выносной жёсткий диск, чтобы избежать потерь.

Подготовка изображения является неотъемлемой частью процесса создания фотографии, фотография изменялась и обрабатывалась всегда. Раньше в процессе печати фотографию осветляли или затемняли, с помощью химии изменяли цвета и т. д. Сейчас, с появлением цифровых технологий, это стало проще, да и качество заметно возросло, но при этом сама техника съёмки остаётся той же. И поэтому, если я снял всё правильно, то и подготовка минимальная. Ну, а если я ошибся с экспозицией или промахнулся с резкостью, то лучше такой кадр в «корзину»; всем известно, что ретушь плохой фотографии не сделает её лучше и интереснее. Моя цель снять идеальный снимок, а не сделать его в фотошопе; я противник активного вмешательства и изменения девственности фотографии. В конечном счёте, изображение должно быть великим, когда попадает в компьютер, чтобы быть таким же великим, когда будет покидать его.

Ваши самые любимые и нелюбимые моменты в фотосъёмке?

Само общение с природой доставляет особое удовольствие и наслаждение. Именно общение с природой первое, а фотография — второе. Нелюбимый момент — сидеть у компьютера и писать; для меня легче просидеть в скрадке неделю, чем написать страницу текста.

Вулкан Ильинский © Сергей Горшков
Вулкан Ильинский при свете луны

Что такое фотография в вашей жизни? Чем занимаетесь помимо фотографии?

Так получилось, что сейчас я трачу всё своё свободное время на съёмку дикой природы. А в свободное время играю в хоккей, команда «пенсионеров» на команду «пенсионеров».

Фотография для вас хобби или работа? Или, может быть, и то, и другое?

Я никогда не воспринимаю фотографию как работу, я занимаюсь этим, потому что мне нравится общаться с дикой природой, и от процесса я получаю удовольствие. Мне кажется, за деньги снимать дикую природу не получится: нельзя любить за деньги.

Расскажите о своих ближайших планах. Может быть, хотите заняться каким-то интересным проектом? Или освоить какой-то новый фотопроцесс?

Каждому фотографу необходим индивидуальный проект, который он должен знать и раскрыть до конца. Многие из вас знают и привыкли, что в России мой проект — дикий мир Камчатки, а точнее дикий мир медведя. Я фотографирую их уже семь лет. Вы не представляете, как мне сложно сняться с насиженного места и начать новые проекты. Особенно тогда, когда уже знаешь, что и как нужно снимать, где и в какое время года. Я хочу сказать, что я не ухожу с Камчатки, а буду продолжать там снимать.

Я уже несколько лет веду сразу несколько проектов, о которых даже не знают мои близкие.

Один из них Африка! Несколько лет назад я пересилил себя и из всей Африки выбрал Ботсвану — дельту реки Окаванго. Мне часто говорят, что в Африке уже всё снято. С этим можно согласиться, а можно и нет. Я считаю, что в этом жанре невозможно повторение. Даже подражать невозможно. Каждый фотограф видит мир по-своему и каждый снимает по-разному. Африка — как полигон для фотографов, как обязательная программа в фигурном катании. И самая большая награда для меня — это общение с дикой природой. Я скажу, что у нас, у русских, свой взгляд на Африку.

Я всегда говорю, что одиночные снимки — это путь в никуда, в тупик; и поэтому нужно выбрать тему и работать в этом направлении.

Здесь я получил огромный опыт. Я думаю, вы со мной согласитесь, что никогда не удаётся уделить каждому объекту съёмки и каждой местности столько внимания и времени, сколько они заслуживают. Всегда хочется поехать в новое место и подробно исследовать этот огромный Африканский континент.

Если о новых планах, то я сейчас начинаю работать в русской Арктике: это большой и сложный проект, который займёт несколько лет.

Курильское озеро © Сергей Горшков
Восход на Курильском озере

Дайте, пожалуйста, один Очень Важный Совет нашим читателям.

Сейчас я выработал для себя главное правило: не нужно гоняться за популярностью, нужно снимать в своё удовольствие.

Сергей Горшков в интернете:
Место жительства: Россия.
Интервью: Артём Сапегин.
Опубликовано: 21 декабря 2010 г.
53 голоса